Знойный август

Знойный август. По дороге, вдоль скромных домиков и вполне приличных особнячков, идёт совершенно удивительная компания из четырех человек. Впереди идущий, молодой человек, одетый вполне прилично, он несёт футляр для трубы. За ним идёт толстая тётка, в тельняшке, поверх которой  одета тонкая блуза, странного цвета юбка и тёплые чулки, подвязанные резинками поверх колен. Она несёт огромный барабан с тарелками. За толстой тёткой важно шагает молодой человек возрастом от 16 до 25 лет. Он одет в короткие брюки, белые носки (не совсем  чистые) и рыжие сандалии. Но главное, он был в пиджаке, белой рубашке и при бабочке. У него в руках скрипка.  За этими тремя, мелкими шажками, бежал тощий мужчина, одетый в растянутую футболку и спортивные штаны.

«Жора, не отставайте, а то останетесь  без заработка, и Фаничка вам опять наваляет, тогда вам уж точно жизнь мёдом не покажется»

«Да мне и так…»

«Фира, что на Вас одето?»

«Яша, Вам не нравится моя блуза?»

«Нет, блуза зачётная, но почему поверх тельняшки и почему на Вас тёплые чулки? Фира, на улице август!»

«Тельняшка – это моё нижнее БЕЛЬЁ, а без чулок на похоронах не принято, мы люди культурные, понятие имеем»

«Фира, почему Вы опять не бриты?»

«Я брилась, а на груди и спине не видно».

«А усы, Фира, усы»

«Имейте снисхождение к женским слабостям».

«Ладно, пусть так, но какими духами Вы пользуетесь, они сшибают с ног».

«Яша, какие духи? Вполне достаточно освежителя воздуха».

«Хорошо, а почему от Вас так разит чесноком? Мы же договорились, на работе никаких посторонних запахов»

«В чём дело? Я съела пару зубков головку чеснока с мисочкой борща.  Потом чашечку кофе без сахара, ВИ же знаете, я не люблю сладкого».

«Знаю я вашу мисочку, тазик».

«В тазике я купаюсь».

«Почему в тазике, у Вас же есть ванна?»

«Я её сдаю».

«Кому?»

«ДикарАм».

«Боже мой, Жора, почему у Вас синяк под глазом?»

«Фаничка попросила купить гавяжую грудинку».

«И что, на Привозе не было говядины?»

«Была, но я не знал, что гавяжая грудинка и вимя разные вещи».

«Жора вы таки адиёт».

«Дак я знаю».

«Интересно, кем Вы работали раньше?»

«Подводником».

«Кем, кем?»

«Я по Одессе, на подводе, трапки возил».

«Господи, хорошо, что хоть с Сеней всё нормально. Всегда готов, всегда на месте. Только скажите, почему на Вас такие коротенькие бруки и из пиджака Ви давно вирасли?»

«Мама сказала, что купила мне этот шикарный костюм на вираст, а я ещё не вирас».

«Сеня, я, конечно, уважаю Вашу маму, а такой кофе, как варит она, не варит ни один одессит, но нельзя так издеваться над своим ребьенком, с момента его зачатия и до совершеннолетия».

Компания остановилась напротив вполне приличного особняка и позвонила в дверь. На порог вышел крупный мужчина и в недоумении осмотрел странный коллектив.

«Вам кого?»

«Мы не опоздали? Знаете конкуренция, да я вижу Вам ещё гроб и венки не привезли».

«Кого хороним?»

«Как? Вы, что не в курсе? Ваша тёща усопла».

«Боже, слава тебе Господь, слава тебе, аминь, аллилуйя, спасибо тебе, спасибо».

Мужчина поворачивается, чтобы уйти, но Фира разворачивает его одним движением руки.

«Так, когда играем Вашу тёщу?»

«А я знаю?».

«Давай уже, выноси, мы её по-быстрому отыграем, закопаем, ты с нами рассчитаешься и дело с концом».

«Яша, я хочу кушать, мама сказала, что нас тут покормят, у меня, кроме маминого кофе, ничего во рту не было».

«Почему я должен вас кормить?»

«Мне так мама сказала».

«Так, давайте сюда тело, у нас мало времени».

«Да нет никакого тела».

«Тело щас будет».

«Фу, Фира, стоять, Вы ещё за инвалида не рассчитались».

Фира прижала мужчину к груди, и он стал потихоньку скулить.

«Знаете, Яша, его никто не просил лежать под моей подстилкой, я на него чуть-чуть слегка присела».

«Ничего себе слегка, перелом позвонка в трох местах. А, кстати, как он там? Он же сейчас у вас живёт?».

«Да, я сдаю ему туалет».

«Какой? У вас нет туалета, у вас уборная на улице».
«Правильно, её то и сдаю».

«А если кому-то приспичит?».

«Мы вывозим его на погулять, а Сенечкина  мама варит ему кофе. Яша, в конце концов, я женщина и мне нужен мужчина, Вы же не хотите у меня жить».

«Фира, у Вас жить невозможно. Вы каждый день жарите бычки, они пахнут, я так не могу».

«Вся Одесса жарит бычки, вся Одесса пахнет рибой и вся Одесса может, а Вы нет. Кто вас так разбаловал, Яша?»

«Женщины, я красивый, они меня любят».

Мужчина, прижатый к Фириной груди, начинает громко рыдать.

«Тётенька, отпустите меня, я заплачу. Сколько надо?»

«По пятьдесят гривен каждому».

«Жора, Вы дурак».

«Я знаю».

«По пятьдесят им, мне сто, я их художественный руководитель».

Мужчина достаёт деньги.

«Скажите, а тёща то жива?»

«Моя — да, а ваша, я не знаю».

Мужчина понуро побрел в дом.

Яша обнял Фиру за плечи.

«Фира, ну чтобы я без Вас делал. Вы моё секретное оружие».

«Яша, кого хороним завтра?»

«Мы сейчас идём к Сенечкиной мамочке на кофе с мороженным, а на завтра у меня уже есть адресок».

Компания весело шла с похорон в свой одесский дворик. Каждый зарабатывает, как умеет.

Запах кофе длиною в жизнь.

По бульвару Шевченко, шаркающей походкой, идет смешной старик за руку с девочкой.  Девочке с ним скучно, ей хочется отпустить дедушкину руку и побежать вперед, быстро, вприпрыжку, но она не решается.

«Бери дедушку, Сонечка, и погуляй этого красавца. Аня оденьте ему теплые кальсоны, а то простудится и будет чихать мне тут, а оно надо?»

Ну и как теперь Сонечка может отпустить дедушкину руку, он же потеряется. Она посмотрела на «Красавца», а он вдруг остановился и стал глубоко вдыхать воздух и вдруг блаженно улыбнулся.

«Ты чего, деда?»

«Вдохни, как пахнет кофе, какой аромат, не иначе, как арабика. Я когда слышу этот запах, Сонечка, сразу вся жизнь пробегает перед глазами».

«Расскажи, расскажи, дедуня», — Сонечка обожала эти дедушкины рассказы или «сказочки», как он говорил.

И вот эти два самых близких и родных человека уютно пристроились в парке Шевченко на скамеечке. И рассказ начался.

В семье Самуила Яковлевича, как во многих киевских семьях, утро начиналось с чашечки ароматного кофе. Самуил Яковлевич помнит, как его мама Эсфирь на ручной кофемолке перемалывала кофейные зерна, а они, крошась между жерновами, распространяли бодрящий аромат. И так было всегда. Но вот Самуил вырос и, о боже, влюбился в украинку Ганнусю. Мама была в панике, а о папе лучше помолчать. Но родители не могли разочаровать свое единственное чадо. И у них созрел коварный план.

«Самуил, мы с папой решили, что раз ты и Ганнуся так любите друг друга, то, боже мой, женитесь. Только, есть одно условие. Вы должны пойти до нашего врача. Пусть он проверит вас на счет здоровья».

«Мама, вы что? Ганнуся здорова вполне, она нарожает вам много здоровых внуков. Мордух говорит, что она яблочко наливное, кровь из молоком, цимис».

«Этому бабнику и Зойкина коза  — цимис»

Пришли молодые к врачу. Яков Аронович как раз молол кофейные зерна, и этот дурманящий, пряный аромат… Он кружил голову и вызывал желание глотнуть этот горьковато-сладкий напиток.

«Здравствуйте дети мои, вы как раз вовремя, я смолол свежий кофе. Мне привез его Зяма из Львова. Вы знаете, там такой кофе варят, закачаешься. Это настоящий Арабика. Попейте со мной, старику не будет так скучно».

Кофе был вкусным, но немного горьковатым, и, как знать, может, во Львове такая арабика.

Какую злую шутку сыграли с этими детьми родители Самуила по совету старого Рэбэ.

Доктор ушел к якобы тяжело больному, и запер влюбленных снаружи. Эти взрослые дети так радовались, что могут быть вдвоем и держаться за руки. Но кофе был не просто так горьким. Поначалу закружилась голова, а потом затошнило и предательски заурчало в животе, и стало проситься наружу.  И через полчаса ни то чтобы сидеть рядом, а смотреть друг на друга было стыдно.

В следующий раз Самуил и Ганнуся встретились в самые черные для моего Города дни. Это был сентябрь 1941 года…

__________________________________________________________

Немцы вошли в Киев. Было совершенно неясно, что будет дальше, но то, что ничего хорошего, это факт.

В начале сентября по Киеву были развешаны объявления «Всем жидам города Киева….».

Под утро в дом Самуила кто-то тихо постучал. Открывать было небезопасно, это могли быть бандиты, в комендантский час нормальный человек по гостям не ходит.

«Да пустіть же за ради Бога. Це я, Ганя.»

«Ты как тут?», — Самуил не верил своим глазам, после такого не слишком удачного сватовства…

«Самуіл, бери своїх і тікайте до мене. Вас поб’ють к лихій години. Я чула, як німці казали, що юден ершісен, а значить вас постріляють».

«Послушай, Ганя, нас никто не будет уничтожать. Немцам нужна рабочая сила, а у нас много хороших портных, сапожников, заставят работать, да и только. Но у нас к тебе просьба, наша Лизанька заболела, возьми её на время, а то девочка не перенесёт дороги. Но при первом удобном случае мы её заберем. Мама тебе заплатит».

«Дурні ви, а ще кажете, що розумні, йдете, як вівці на заклання. Давайте дитину, а грошей мені ваших не треба».

К Ганнусе подошла мама Самуила, протянула ей льняной мешочек.

«Здесь не деньги, здесь кофе. Немцы пьют эрзац, а это — настоящий. В одном кулечке уже смолотый кофе, а в другом — кофе в зернах, а это — кофемолка. Я думаю, на какое-то время тебе хватит менять на лекарства, а там может, и мы вернемся».

Все было как во сне, он лежал с младшей дочкой на руках среди голых мертвых тел. Он лежал лицом вниз, его даже не поцарапало, а рядом лежала его Двойра. У неё были широко открыты глаза, и она смотрела на звезды. Ему хотелось закричать во все горло, но он боялся, если бы не маленькая Сонечка, его мурашечка, зернышко, принцесса…  Он должен её спасти, она должна жить. Господи, за что ты так с нами? Ангел мой, помоги мне. Ангелы, всех кто здесь, помогите нам с Сонечкой.

Он встал во весь рост и пошел с маленькой Сонечкой на руках. «Тише, мое зернышко, не плачь, а то нас услышат. Прислонись ко мне, я тебя согрею, ты такая холодная». Он шел, не разбирая дороги, и вдруг увидел тоненький лучик в чужом окне. Добрёл до двери и постучал, ему хотелось кричать, чтобы его пустили, что у него на руках маленькая Сонечка и ей холодно, но он не мог разжать губ, и силы его покидали. Ему никто не открывал, он постучал ещё и застонал от бессилия. Дверь потихоньку открылась.

«Боже милостивий». Женщина втянула Самуила в дом и быстро закрыла за ним дверь. Он посунулся по стене и сел на пол. Все, как в дурном сне, его посадили на табурет, поливали теплой водой, смывали засохшую грязь и чужую кровь, потом растирали полотенцем. Чужая женщина, с до боли знакомым лицом, плакала и причитала о чём-то. Потом он почувствовал знакомый запах кофе, такой, как мама варила в детстве отцу. Ему всё приснилось, ну конечно, он сейчас встанет, а на кухне мама варит кофе, Двойра умывает его девочек к завтраку, Сонечка, зернышко  мое. Он всё вспомнил, посмотрел на женщину, да это же Ганя.

«Ганя, я принес тебе Сонечку. Она замерзла, согрей её». Но Ганя не двинулась с места. Она смотрела на него, и в её глазах было столько скорби и страха, что Самуил понял, Сонечку уже ничто не согреет.

Он стоял перед ней совершенно голый, и ему не было стыдно. Ему было все равно.

Утром он посмотрел на себя в зеркало, это был не он. Из зазеркалья  на него смотрел молодой мужчина с безумными глазами и совершенно седой головой. Как ему после всего этого жить?

«Кохавинка моя, я зварила тобі кави. Вже третій день ти нічого не їси, не говориш», — она обняла его и медленно опустилась перед ним на колени.  — Якщо ти помреш, то і я і Ліза теж помремо. Кохавинка моя, я люблю тебе, як нікого ні коли не любила.»

Он поднял её, крепко прижал, он найдет в себе силы жить, любить, иначе, зачем все это, зачем он остался жить, зачем его Ангел Хранитель привел к этому порогу.

Посмотрел в  мокрые от слез глаза. Нужно быть очень сильным, чтобы после всего пережитого найти в себе силы жить дальше. Он будет жить дальше, будет любить, у него ещё будут дети, у него и у Гани, их общие дети, какая разница кто ты по национальности, если ты живешь в Киеве, ты — киевлянин, а это уже национальность.

Жизнь Самуила могла прерваться совершенно внезапно в марте 1961 года. Ганничка, или, как говорил Самуил, Мой Кусочек Рафинада, впервые упустила кофе, и ароматная пенка потекла вниз по джезве и зашипела на плите. По квартире разнёсся запах кофе.

«Мой Кусочек Сахара, ты хочешь, чтобы меня уволили за опоздание, и я умер голодной смертью?»

«Нічого з твоєю роботою не буде, зараз зварю нову каву, та й усе».

Его трамвай уехал без него.  И именно этот трамвай смыло селью, сошедшей с Бабьего Яра, которая погребла под собой более тысячи человек.  А он остался жив, опять жив.

И сейчас, в этот теплый день, он идет за руку со своей Сонечкой, красивый, сильный.

«Сонечка, а давай зайдем в эту кафейню, я выпью кофе с густой пенкой, а тебе куплю сок?»

«И мороженное, ладно, деда».

Два самых родных человека, они шли в сторону Крещатика, это было тогда, когда на Крещатике еще небыло подземных переходов, а кофе варили в джезвах.

Почему кошки охотятся.

Охотничий инстинкт, когда каждое движение оттачивалось вместе с эволюцией кошек, является основой выживания. Кошка, будучи независимым и темпераментным существом, не утратила его даже после «одомашнивания». Наоборот, охотничий инстинкт и стал основой союза человека, которому было необходимо спасать зерновые, и кошки, нуждавшейся в пропитании.

Все мы не раз наблюдали, как кошка охотится: за мышкой, бабочкой или бумажным бантиком – не важно. Однако не все кошки радуют нас пойманными грызунами. Некоторые пушистые любимцы любят поиграть с цветком, но никогда не выходят на настоящую охоту. Почему?

Дело в том, что наличие инстинкта – это еще не всё. Важен процесс обучения. Именно мама-кошка учит умело следовать за добычей, и доводить дело до конца, съедая жертву. Если котенок воспитывался у вас с раннего возраста и ему не за кем было наблюдать, то скорее всего, после того как инстинкт заставит его поймать движущийся предмет и поиграть с ним, чтобы «насладиться победой» и успокоиться, выбросив остатки адреналина, полученного во время преследования, он просто не будет знать, что делать дальше с пойманной «игрушкой», и процесс охоты не завершится. Вскоре, с возрастом, он может просто потерять интерес к столь бессмысленному занятию.

Необходимо помнить, что домашние кошки, охотятся, несмотря на свою сытую жизнь, ради удовольствия. Если в вашем доме, кроме кошки есть рыбки, хомячки или птички, постарайтесь обезопасить их. Иначе они могут стать игрушкой для мурлыкающего хищника.

Редкое угощение — белый чай.

Белый чай — это разновидность полезного чая.

Главное его достоинство в том, что он минимально подвергается искусственному окислению.
Уже в конце зимы, в феврале, чайный куст начинает приносить полезные листочки. В давние времена сорта белого чая преподносились китайцами, как элитное угощение. Белым чаем угощали самых уважаемых гостей, его всегда наливали всем представителям самых высших сословий.
Некоторые сорта этого чая считались просто императорскими. Такое «уважительное» отношение к напитку абсолютно неудивительно. Белый чай признан отличным верным средством от хронической усталости. В нём сохраняются важный витамин молодости C, витамины энергии – витамины группы B, есть важный витамин PP. В этом полезном напитке немало важных аминокислот и полезных микроэлементов.
Белый чай превосходно утоляет сильную жажду, ведь у него освежающие и очень изысканные показатели вкуса.
Белый чай часто имитируют, ведь его стоимость существенно больше, чем у распространённых видов.
Но если вы приобретёте настоящий белый чай вы точно будете очень довольны положительными эффектами, которыми он вас наградит.
Жаль, что в традициях российского народа, белый чай как экзотика, а не как привычный напиток.

Кофемания

  Кофе давно уже стал больше, чем просто напитком.

Мы приглашаем «на чашечку» друзей, «заряжаемся» им по утрам и восстанавливаем с его помощью энергетические запасы в течение дня. Первая кофемашина была запатентована в 1901 году итальянским инженером Луиджи Беззерой. Позже энергичные итальянцы внесли в технологию различные усовершенствования и вывели те самые идеальные пропорции, которые позволяют получать напиток с неизменно высоким качеством вкуса. Более 25 лет назад итальянская компания Saeco создала автоматическую кофемашину, чтобы любители кофе могли наслаждаться им, не выходя из дома. Основная идея изобретения заключалась в том, чтобы, нажав на одну кнопку, можно было бы получить такой же ароматный и вкусный напиток, как если бы вам готовил его в кофейне профессиональный итальянский бариста с многолетним стажем. Италия не зря славится великолепным дизайном (неудивительно, учитывая то, что величайшие мировые произведения искусства были созданы именно представителями этой страны) — кофемашины Philips Saeco Xelsis украсят любую кухню.

Возможны варианты.
Эспрессо в кофе — это как семь нот в музыке, исходник, на основе которого можно создать множество вариаций. Расскажем о самых популярных.
Классический эспрессо объемом в 30 мл готовится из 7 г свежемолотых кофейных зерен.
Ристретто — его более крепкий родственник. Готовят из того же количества зерен, но добавляют меньше воды, в результате чего рождается невероятно насыщенный вкус и аромат.
Лунго — противоположность ристретто: количество воды, наоборот, увеличивают, и вкус становится более мягким.
Классический капучино состоит из эспрессо, молока и молочной пенки в равных пропорциях, благодаря чему его вкус отлично сбалансирован.
Латте макиато традиционно готовят из двух частей горячего молока и одной части молочной пенки. Кофейный компонент состоит из 1-2 эспрессо и добавляется в середину короны из пенки.

Новая стильная кофемашина Philips Saeco Xelsis Class White дает возможность наслаждаться любимым кофе высочайшего качества — таким, как если бы его приготовил профессиональный итальянский бариста прямо у вас дома. Достаточно лишь одного нажатия на кнопку, чтобы погрузиться в мир восхитительного вкуса.
Эта изящная кофемашина нажатием одной кнопки программируется на приготовление девяти различных видов кофе для шести пользователей. Вы можете изменять насыщенность вкуса, температуру напитка, количество молока, плотность молочной пенки и даже уровень наполнения чашки. А самая современная модель линейки, Xelsis Digital ID, определяет пользователя машины с помощью сканирования отпечатков пальцев. Одно прикосновение — и на экране автоматически появляется ваше имя и личный профиль.